14 мая 2012

Станислав Лем, “Солярис”

SolarisЛем давно был в моем Списке чтения, и я решила начать с романа “Солярис”. В аннотациях говорилось, что книга о поиске вариантов связи с внеземным разумом, от чего сразу мне вспомнился Эндер со своим ксеноцидом, но тут все оказалось совсем иначе.

<спойлер>

На этот раз людям далекого будущего попалась планета всего с одним обитателем, который и оказался разумным, – это океан. Да, разумный океан. Размером с планету, которая была названа Солярис. Многообещающе, не так ли? Разумеется, земные ученые стали его активно изучать, и за 130 лет наблюдений.. они не узнали ничего. Точнее, они провели массу наблюдений, литература по появившейся науке соляристике занимала целые залы в библиотеках, количество гипотез исчислялось сотнями, но ни одну из них не удавалось подтвердить.

И вот на планету Солярис прибывает ученый с Земли Крис Кельвин и сразу обнаруживает, что происходит вокруг нечто странное. Выясняется, что Океан, кем или чем бы он ни был, после определенных экспериментов с излучением стал неожиданно реагировать на присутствие людей: он как-то сканировал сознание и подсознание и вытаскивал оттуда самые страшные воспоминания, которые человек старался блокировать, забыть. Океан создавал органическую, материальную копию человека, с которым связаны эти тяжелые воспоминания хозяина обследованного мозга. Так к Крису пришла его жена, которая 10 лет назад покончила жизнь самоубийством, и ученый винил в этом себя. Самое жуткое, что от этой копии, этого фантома невозможно избавиться, ему физически необходимо постоянно находиться рядом с человеком, с которым он связан. Не знаю даже, как описать всю трагичность и драматизм происходящего, лично меня эта история потрясла настолько, что читать было холодно. У меня часто возникают такие ощущения, когда я очень понимаю описанную историю. И тут я ее очень поняла, И Криса, и его жену, и ситуацию..

</спойлер>

Начало романа задает довольно напряженный тон – даже если не брать в расчет непонятное положение вещей на Станции, когда туда прибывает Крис, жутковато становится от одних только деталей. Например, герою постоянно кажется, что на него кто-то смотрит, хотя рядом никого нет. Мы вдруг понимаем, что речь идет об Океане, который виден в иллюминатор. Или постоянно слышимый звук кондиционеров – то он сравнивается со звуком мухи, попавшей в паутину, то с со звуком крыльев бьющейся в западне бабочки. Аналогия видна отлично – герой и сам в какой-то ловушке.

В романе меня поразила одна мысль.. кажется, где-то я ее уже слышала, а может сама о ней думала, а может несколько раз прочитала и настолько прониклась.. Снаут в своих рассуждениях говорит: “Мы совсем не хотим завоевывать космос, мы просто хотим расширить Землю до его пределов. <…> Мы не ищем никого, кроме человека. Нам не нужны другие миры. Нам нужно наше отражение.” Это просто удивительно верно сказано.. Даже сейчас, когда еще далеко до века космических путешествий, люди хотят лететь в другие миры, чтобы создать там копию своего. А насчет других существ – отличный пример с тем же Океаном. Людям и так трудно его осмыслить, но все усугубляется тем, что они постоянно ищут земные эквиваленты. И из этих земных рамок они выбраться не могут.. да чего обвинять людей из романа, когда сам видишь описание явлений, связанных с Океаном, и все равно пытаешься в голове сравнить с чем-то знакомым, иначе совсем непонятно, что описывается.

Да и Океан-то изучают для чего – чтобы понять опять-таки суть человека, а не разумной плазмы.. ну или извлечь какую-то выгоду от его существования, поэтому и мучило ученых то, что исследования ни к чему не ведут. Интересная мысль по этому поводу звучит в речи Кельвина: “Пожалуй, об Океане мы не узнаем ничего, но может быть, о себе…” И действительно, так и не удалось точно узнать, почему именно Океан так поступал с людьми, но зато каждый из героев узнал много о себе за время пребывания рядом фантомов.

Ну и без мимолетной идеи ксеноцида тоже не обошлось, конечно. Однажды в прошлом так случилось, что погибло 106 ученых в результате несчастного случая во время исследования Океана, и тут появилась мысль просто нанести планете термоядерный удар. “Это было бы безжалостней всякой мести: хотели уничтожить то, что не могли понять”.

Понять и правда невозможно, должно быть, и это по-своему сводило с ума. Вообще, все время, пока Хэри находится на Станции, ощущение безумия буквально парит в воздухе. Крис даже начинает сомневаться, кто же тогда он сам. А он, однако, старается остаться человеком. Как замечает Снаут, в нечеловеческих условиях. Во время их спора о морали я была очень рада, что сама не должна решать сейчас такие вопросы, потому что это невероятно сложно. Но Криса я понимаю здесь очень.. И в конце романа очень ему сочувствую, все-таки он дважды потерял любимую девушку, поэтому и остается только ожидание, да еще надежда, что оно не напрасно.

 

Образования Океана глазами художника:

Мимоид  Асимметриада  Симметриада

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Писатели

Алекс Гарленд Алекс Экслер Альбер Камю Артур Хейли Артуро Перес-Реверте Бен Коллинс Вероника Рот Виталий Бианки Вэнделин Ван Драанен Джером Сэлинджер Джоан Роулинг Джон Грин Джон Стейнбек Джордж Оруэлл Диана Уинн Джонс Доди Смит Дуглас Адамс Дэйв Эггерс Жюль Верн Итало Кальвино Карл Саган Карлос Руис Сафон Кевин Митник Кори Доктороу Кэндзиро Хайтани Кэт Кларк Кэтрин Стокетт Лоис Лоури Луиза Мэй Олкотт Майя ван Вейдженен Максим Кронгауз Марджери Уильямс Маркус Зусак Николас Дрейсон Нил Гейман Олаф Стэплдон Олдос Хаксли Орсон Кард Оскар Уайльд Павел Санаев Питер Бигл Питер Уоттс Ричард Адамс Ричард Фейнман Роберт Льюис Стивенсон Роберт Хайнлайн Робертсон Дэвис Робин Слоан Робин Хобб Роджер Желязны Рэй Брэдбери Рэйнбоу Ровелл Рэндалл Манро Станислав Лем Стивен Кинг Стивен Фрай Стивен Хокинг Стивен Чбоски Сью Монк Кид Сэмюэль Беккет Тед Чан Томас Мор Тэд Уильямс Уильям Гибсон Уильям Зинсер Умберто Эко Федор Достоевский Филип Дик Фрэнсис Бернетт Фрэнсис Скотт Фицджеральд Харпер Ли Чак Паланик Чарльз Диккенс Чарльз Ю Шарлотта Бронте Шарлотта Роган Эдвин Эбботт Элвин Брукс Уайт Элеанор Каттон Эмили Бронте Энн Леки Эрин Моргенштерн Эрнест Клайн Янн Мартел